В конце 2009 года был объявлен кастинг в группу SEREBRO — на место солистки Лены Темниковой.

Причиной, по которой певица должна уйти из группы, стал ее роман с родным братом продюсера Максима Фадеева Артемом. Встретившись с Леной и Артемом в их загородном доме, Ксения ПАДЕРИНА узнала, почему певице приходится выбирать между карьерой и любовью.

— В первых числах декабря, — мне позвонила Ирма, управляющий менеджер нашего продюсерского центра. «Ленусь, у меня для тебя не самые добрые новости, — грустно сказала она. — Максим Александрович принял решение о замене в группе. На твое место ищут новую солистку». Мне показалось, что в ту минуту мое сердце остановилось. Значит, все это правда. Все это всерьез.

Я рыдала несколько дней

— За пару дней до звонка Ирмы я увидела на сайте группы SEREBRO объявление о кастинге в группу. В душе даже ничто не екнуло.

«Наверное, набирают новый коллектив!» — подумала я. На самом деле, это распространенная практика: когда продюсеры хотят собрать новую группу, они чаще всего «прикрываются» раскрученным именем — так на их объявление откликаются более талантливые и достойные люди. Вторая мысль была: если кого-то ищут именно в SEREBRO, то уж точно не на мое место. Я даже не стала обдумывать это, как-то рефлексировать на эту тему. Потому что настолько люблю группу, что у меня и мысли не возникло, что объявление касается именно меня. Прочитала — и забыла.

Это вообще моя беда — я забываю все плохое, что происходит в жизни. Такая вот защитная реакция организма. Она у меня с детства: однажды, когда я еще ходила в садик, меня сильно ударило качелями, было разбито пол-лица. А я даже не помнила, как это все случилось, не могла рассказать маме о происшествии. Она меня теребила, пыталась во всем разобраться, а я правда ничего не могла объяснить. Словно все это было не со мной…

Объявлению о кастинге предшествовал разговор с Максимом Фадеевым, продюсером группы и родным братом моего любимого человека. Дело было в конце ноября. Мы встретились все вместе за ужином в ресторане тайской кухни — обычные дружеские посиделки, я не заподозрила ничего сверхъ¬естественного. Ели что-то, болтали, шутили. Вдруг Максим спросил: «Ребята, вы встречаетесь?»

Мы ответили, что да. Врать ему было бессмысленно: Максим очень проницательный, чуткий человек, он может увидеть зарождение отношений у людей еще за полгода до этого.

К тому времени мы встречались с Артемом уже два месяца, но никому не говорили об этом. Дело не в том, что мы специально скрывали свою любовь, прятались, — нет, просто мы хотели убедиться, что все делаем правильно. Нам не хотелось торопить события, делать какие-то выводы, рассказывать друзьям и родным. Нужно было в первую очередь разобраться в самих себе. И потом, когда ты влюблен и тебе хорошо, голова вообще ни о чем не думает. Все вокруг в розовом цвете.

Максим, конечно, знал, что мы с Артемом постоянно видимся, много времени проводим вместе — только как друзья. Но однажды наша дружба перетекла в нечто большее, а мы, получается, не поставили никого в известность. Я подозреваю, что Максиму о нас рассказал кто-то из знакомых — возможно, нас где-то видели вместе, потом сделали выводы. Я не спрашивала его, как он все узнал. Это в общем-то и неважно. А вот его реакция меня поразила: «Ребята, я много раз говорил, что на работе никаких отношений быть не может. Артем работает в нашем продюсерском центре. Мы постоянно сотрудничаем, никаких романов быть не должно. У нас сейчас начинается очень серьезная работа по продвижению группы SEREBRO на мировой музыкальный рынок. Вы с девочками должны выйти на новый уровень». Максим был очень серьезен, сосредоточен. «Лена, выбирай: или группа, или Артем», — закончил он.

Если бы Максим при этом был рассержен, кричал на нас, мне было бы проще. Я бы подумала, что он остынет и передумает. Но он был спокоен и уверен в себе. В ту секунду мне стало очень страшно.

— Мы не ссорились и не ругались с братом, — вступает в разговор Артем. — Он просто изложил свою позицию и оставил Лену выбирать. Я мог бы обидеться в ту минуту, но понимал, почему брат ведет себя именно так. Он очень любит меня и заботится обо мне. И переубеждать его в ту минуту было бессмысленно.

— А я же понадеялась, что Максим все-таки передумает, что все эти слова были сказаны не всерьез, — говорит Лена. — Думала, что все само собой пройдет, как-то «рассосется». Мы закончили ужин, пришли домой, легли спать, и у меня из головы тут же все это вылетело. Организм снова попытался защитить меня от стресса.

Все встало на свои места после звонка Ирмы. Я поняла, что Максим не шутил за тем ужином, что все это было по-настоящему. Что я почувствовала в ту секунду — не описать словами. Я не ожидала этого. Все последние годы я жила группой SEREBRO, очень дорожила ею, а теперь должна в секунду отказаться от того, что является частью меня. Это неописуемая боль.

Совладав с первыми эмоциями, я сказала себе: «Надо бороться! Я просто так не сдамся! Не хочу уходить из группы и сделаю все, что от меня зависит, чтобы остаться в ней».

Но в глубине души уже тогда понимала: что я сделаю? Я не могу жить без группы. Да, я люблю музыку, и никто не может запретить мне заниматься ею, но для меня невероятно важно именно SEREBRO, в нем часть моей души. Но в то же время я очень люблю Артема, он стал самым дорогим для меня человеком.

От невозможности как-то повлиять на ситуацию, от бессилия я прорыдала несколько дней. Потом успокоилась и пустила все на самотек.

Мы дружили втроем: я, Артем и его жена

— Я хорошо помню нашу первую встречу с Артемом. Это было восемь лет назад, на «Фабрике звезд-2». Макс работал продюсером, а его младший брат писал для нас песни. Артем показался мне отшельником — замкнутым, закрытым парнем. Я боялась подойти к нему, заговорить. Но потом мы как-то познакомились и сразу же начали общаться. Он написал мне песню «Беги дальше всех». Пребывание в «звездном доме» было нескончаемым стрессом. И Артем все время меня поддерживал: «Леночка, держись, все будет хорошо, ты умница», — повторял он, как мантру. И я ему верила, эти слова мне очень помогали.

Мы быстро подружились. Помню, Артем учил меня общаться с людьми. «Фабрика звезд» тогда уже закончилась, и мы закружились в бесконечных гастролях. В Москве бывали редко, наездами, вырывались лишь на пару дней, чтобы купить какую-то одежду, пообщаться с друзьями — и снова в путь. И вот в один из таких приездов я должна была увидеться с нашим общим знакомым, но закрутилась. И не вспомнила об этом, пока не позвонил Артем: «Лен, разве так можно? Тебя весь день ждут, волнуются, ты даже не перезвонила!»

Тогда он отчитал меня, словно старший брат, и таких моментов было множество. Сейчас я вспоминаю их с благодарностью. Артем учил меня жизни, и это очень ценно.

Как раз в то же время Артем женился, и я была на их с Таней свадьбе. Мы звали ее Мона, потому что она тогда довольно успешно выступала под именем Monokini. Скажи мне тогда, что спустя время я стану встречаться с Артемом, никогда бы не поверила. Даю руку на отсечение! Кто же знал, что в жизни все может так повернуться.

Мы так сдружились, что, когда закончилась «Фабрика» и мне нужно было искать съемное жилье, ребята предложили пожить у них.

— Мы решили с Таней, что Лене незачем тратить деньги и она спокойно может пожить с нами — тем более что вместе веселее, — поясняет Артем. — У нас как раз была очень просторная двухуровневая квартира, и Лена нам совсем не мешала. Так продолжалось почти год.

— Потом я все же переехала в другую, съемную квартиру. И тут Артем мне очень помог: для работы в продюсерском центре нужно было иметь московскую регистрацию, а как ее оформить, я не знала. Поделилась своей проблемой с другом, и он тут же кинулся все решать: сам заполнял какие-то заявления, печатал что-то на компьютере, мне оставалось лишь ответить на вопросы и подписать бумаги. Артем все сделал за меня, и я была ему очень благодарна. Мы продолжали дружить все вместе, часто виделись, ходили в кино, гуляли.

Потом точно так же вместе мы переживали личные драмы: у Артема начался разлад с Таней, а я поссорилась с молодым человеком, с которым тогда встречалась.

— Я очень любил свою жену, но когда понял, что она вышла замуж по расчету, не смог с этим мириться, — признается Артем. — Я по натуре семейный человек: люблю уют, тишину, не переношу тусовки. А Таня наоборот: вся в вечеринках, шумных компаниях. Она не семейный человек, человек сцены. Я начал строить этот дом и все свое время посвящал ему.

«Артем, ты пропадаешь на стройке, а как же моя карьера?» — как-то завела разговор Таня.

Упрек был резонным: я действительно все свое время стал посвящать стройке: обдумывал план будущего дома, выбирал материалы, договаривался с рабочими. И совсем забросил новые песни для жены.

«Пойми, ты строишь сейчас одно и при этом разрушаешь другое!» — Таня подразумевала свою карьеру — она боялась выпасть из тусовки, думала, что поклонники ее забудут.

Эти слова меня очень ранили. С глаз словно пелена упала: для моей жены важнее всего сцена, слава, а не семья. И замуж она вышла для того, чтобы я помог ей сделать карьеру. Кстати, Максим видел это с самого начала и очень переживал за меня. Но отговаривать от женитьбы не стал: я ведь все равно не поверил бы ему.

Расставание с Таней я перенес очень тяжело: много думал об этом, анализировал, почему все сложилось именно так. Как-то в один из вечеров позвонил Лене — просто поплакаться, выговориться. А Лена, как выяснилось, тоже переживала разлад со своим парнем, так что мы хорошо понимали друг друга. С тех пор так и пошло: первым делом в любой ситуации я стал звонить Лене. А она — мне.

Могла позвонить мне в любое время дня и ночи — в 4 или 5 часов утра, среди ночи, но я всегда брал трубку. Знал: если Лена звонит так поздно, значит, ей плохо, значит, я ей нужен в этот момент.

— Бывало, я звонила и говорила: «Тём, я по улице иду, мне страшно, побудь со мной, пока я не зайду в квартиру», — и он никогда не отказывал.

Помню, как-то шутки ради сказала ему: «А вот представляешь, лет в 50 мы скажем друг другу: «И зачем мы все время искали кого-то? Ведь столько лет потеряли понапрасну!» Артем подхватил: «Да, а потом мы поженимся и будем вместе встречать старость». Сейчас я понимаю, что в этой шутке была доля правды…

Год назад, когда мы только дружили, как-то заехали вместе к маме Артема Светлане Петровне. И она, вроде тоже шутя, сказала: «Лена, ну вот же Артем, жених хороший, чего же ты ищешь? Вот идеальная пара тебе! Если уж дружите так, то и «дружите» всю жизнь». Мы тогда посмеялись. А я теперь думаю: может, мама любимого уже тогда все видела и все понимала про нас?

 

 

Роман с Запашным не случился

— После развода с женой Артем, конечно, не остался в одиночестве. Как-то в один из дней он решил познакомить меня с новой девушкой. Мы встретились в кафе, я посмотрела на нее и вдруг ощутила дикую ревность! Ведь это же мой Артем! Потом стала себя успокаивать: мы просто друзья, он имеет право на личную жизнь, все нормально. Но в глубине души было очень тяжело: я рассматривала его девушку словно под микроскопом, искала в ней недостатки и мучилась от ревности.

Между тем у меня самой личной жизни толком не было. Изредка возникали какие-то отношения, но работа всегда стояла на первом плане. Я не раз и не два выбирала между группой и парнями и всегда предпочитала SEREBRO. Работа была приоритетом номер один.

Обычно все сразу вспоминают мой «роман» с дрессировщиком Эдгардом Запашным. Мы познакомились сразу после «Евровидения», в 2007 гду. Эдгард в то время участвовал в шоу «Король ринга», наша группа только-только заявила о себе, нужны были информационные поводы, и нас с Эдгардом решили «свести». «Отличная пара получится!» — подумали наши общие знакомые и представили нас друг другу.

Мы с Эдгардом пару раз сходили на свидание под прицелом фотокамер, и на этом все закончилось. Правда, однажды он удивил меня романтическим поступком. Я была на гастролях в Питере, уже собиралась лечь спать после концерта, как вдруг в дверь моего номера кто-то постучал. Я накинула халат и открыла. На пороге стоял Эдгард. Оказалось, что он тоже приехал по делам в Питер и, узнав, что я рядом, заехал ко мне — похвастаться своим чемпионским поясом с проекта «Король ринга».

Сейчас понимаю: поступок Эдгарда немного напугал меня, мне показалось, что он торопит события, я была не готова к бурному роману. Пожалуй, в ту минуту я и поняла: у нас вряд ли есть какое-то будущее.

Запашный — классный па¬рень, отзывчивый, добрый. Но, наверное, ни мне, ни ему серьезные отношения были не нужны. Мы могли бы стать хорошими друзьями, но не стали. А сейчас вообще не общаемся.

Еще одной нашумевшей историей был псевдобрак с «фабрикантом» Алексеем Семеновым. Мы действительно очень дружили с ним на «Фабрике звезд», он близкий мне по духу, интересный человек. Но не более! Два года, пока мы колесили с гастролями по России, были вместе. Все были как одна семья, делили друг с другом и радости, и горести. Затем Леша решил уехать жить на Украину. Навсегда запомнила дату: 5 июня он переезжал в Киев, а накануне, 4-го, мы устроили ему большую прощальную вечеринку, где собрались все наши «фабриканты». На том празднике шутки ради Леша объявил нас мужем и женой. Потом он уехал, мы перестали общаться, и я даже не знала его номер телефона. Но после выступления на «Евровидении» он появился, как чертик из табакерки. Стал всюду раздавать интервью о нашей якобы совместной жизни и поливать меня грязью. На меня градом посыпались какие-то обвинения и упреки. Было очень обидно! А главное, непонятно — зачем? Видимо, ему нужен был пиар, информационные поводы, чтобы как-то продвигаться в шоу-бизнесе, и он использовал для этого меня.

Но самое интересное, что сейчас, спустя два года, у меня не осталось никакого тяжелого осадка. Я знаю, что по своей сути Леша хороший, умный парень. Не так давно он женился, стал отцом, и я очень рада за него! Он изначально мечтал о семье и ребенке. Делить нам нечего, зла держать не за что.

Точно так же я буду рада видеть бывшую жену Артема Таню, если когда-нибудь пересекусь с ней в Москве. Сейчас она временно ушла со сцены, так что по работе мы с ней встретиться не можем. Но если вдруг окажемся рядом в кино или в кафе, я не сделаю мину, как будто ее не знаю, а наоборот, первой подойду. Артем и Таня расстались три года назад, поэтому моя совесть чиста.

Да, я была другом их семьи, но Артем всегда значил для меня больше, чем Таня. Я никогда не лезла в их семейные отношения, а после расставания нужно было выбирать, с кем из бывших супругов продолжать поддерживать отношения. Никаких сомнений у меня даже не возникло!

Я никого не уводила из семьи, моей вины в том, что они развелись, нет ни грамма. Если бы между ними оставались какие-то чувства, они бы не разошлись.

 

Боялась его потерять

Артем: По сути, что такое любовь? Вспышка, эмоции. Все это проходит, а мы с Леной знаем друг друга уже много лет, значит, наши отношения гораздо глужбе, серьезнее. Мне кажется, что я знаю о ней все: о чем она думает, что хочет.

У меня не было вспышки, озарения: я люблю этого человека. Не было и картинных жестов — так, чтобы я, опустившись на колено и держа руку любимой в своей, вдруг признался бы в любви. Все случилось само собой. Я вдруг понял, что не просто могу проводить с ней все свое время — я хочу его с ней проводить, и более того — только с ней. Я осознал, что Лена очень дорога мне. Что мне все в ней нравится. Когда любишь человека, не знаешь, за что именно. Просто вдруг становится очень важным его внутренний мир, а Лена очень глубокий и серьезный человек. Она очень нежная, трогательная — совсем не такая, какой пытается показаться со стороны. Я вдруг стал стесняться брать ее за руку — моя ладонь дрожала от волнения. И Лена, как женщина, это, конечно, почувствовала.

Лена: Мы были в Юрмале, на конкурсе «Новая волна» летом 2009 года. Гуляли по берегу Балтийского моря, разговаривали, сидели в ресторане. Практически круглые сутки проводили вместе. Может быть, романтическая обстановка, в которой мы оказались, помогла нам понять то, чего мы оба хотели, но не осознавали.

Я долго ценила Артема именно как друга. А когда поняла, что его отношение ко мне изменилось, то… испугалась, что могу потерять этого человека. Часто так бывает: если два близких друга начинают встречаться, а потом расстаются, то обратно ничего нельзя вернуть, и дружбу уже не склеишь.

Но когда возникает любовь, ты уже не можешь с собой справиться — и, зажмурившись, все-таки делаешь шаг вперед.

Обычно отношения начинаются как-то не так: люди знакомятся, начинают узнавать друг друга, притираются в быту. У нас же все получилось нестандартно. Вначале была дружба, потом ощущение того, что человек тебе очень дорог, что он — твой самый близкий друг, потом возникла ревность — и наконец пришла любовь.

Я ценю и люблю Артема. Он именно такой мужчина, какой нужен мне. Очень добрый и душевный. У него фантастическое чувство юмора — лучшего я не встречала. Еще могу сказать, что он очень ответственный человек, настоящий мужчина, на которого можно положиться в любой ситуации.

Мы с ним как одно целое. У нас даже в еде схожие вкусы. Знаете, Артем шикарно готовит, особенно мясо, из-за него я даже перестала быть вегетарианкой.

Нам нравится одинаковая одежда, музыка. Только Тёма пишет музыку сам, а я — нет.

Артем: И это, кстати, хорошо. Мнение Лены — свежее, абстрагированное. Мне нравится, что она всегда говорит правду, может и покритиковать меня. И я доверяю ее ощущениям.

Если била, то по делу

Лена: Недавно посмотрела фильм Валерии Гай Германики «Все умрут, а я останусь». Мне очень понравилось кино, я была в восторге. Сразу нахлынула ностальгия. Мы так не пили, не курили, как герои фильма, но мы так же дрались. А я в детстве всегда боролась за справедливость. И если приходилось драться, то всегда по делу.

Я вообще росла пацанкой, в школьные годы состояла на учете в милиции. У меня был боевой характер, и, кстати, Артему он понятен, мы там все такие.

Курган — абсолютно мой город, близкий мне по энергетике. Мои родители сейчас там не живут, они переехали в Омск, но я все равно бываю на родине — навещаю друзей, прихожу в наш двор. И обязательно иду в школу, к своим учителям. Если бы вы знали, как часто мне снится школа! И это такие хорошие сны! Снится, что я подхожу к классу, стучусь — и мне открывает дверь моя учительница. Она ведет урок у других детишек, но, видя меня, делает перерыв, и мы общаемся. Потом я бегу по коридорам, заглядываю в столовую, пью воду из фонтанчика. Мое детство, мой двор, мои друзья — воспоминания и сны о них невероятно дороги мне. Я часами могу вспоминать о городе своего детства.

Как однажды мы с мамой поздно вечером открыли подвал дома, взяли ведра и начали заливать горку во дворе. Чтобы к утру она успела замерзнуть. На следующий день мы всем двором катались на новой горке, и я была счастлива, что ее сделали мы с мамой. И я уже не помнила о том, как мы с мамой, уставшие, пешком поднимались на свой 9-й этаж, потому что после 11 вечера лифты в нашем доме всегда отключали. И как в другой раз мы пешком шли сначала вниз, а потом обратно, потому что случайно привезли с дачи в цветах божью коровку. И я не могла отпустить ее с балкона, боялась: а вдруг она разобьется! Мама поняла, как это важно для меня, и не сердилась. Я несла божью коровку в кулачке, стараясь ее не раздавить, а на улице бережно посадила ее на травку на газоне. Я вообще в детстве переживала за всех животных. На даче как-то спасала из бочки с водой жуков — доставала их и усаживала на землю, боялась, что утонут…

Сейчас в городе моего детства дела идут не очень, все разрушается. Но если бы направлены были силы, деньги, если бы город расцвел, я бы с удовольствием там жила. Люди в Кургане потрясающие: талантливые, добрые. Юлька Савичева, кстати, тоже оттуда. Мне кажется, Макс Фадеев, набирая ребят в «Фабрику», поддержал своих земляков. Конечно, в жюри было много разных людей, он не мог решить все сам. Но он нас заметил, помог — я это знаю и очень ему благодарна и за это, и за многое другое.

 

Щенка с котами знакомить боимся

Лена: Когда в детстве я представляла себе, какой будет моя жизнь в будущем, я мечтала об уютном доме — пожалуй, в таком я и живу. Конечно, сейчас у нас много хлопот, связанных с его обустройством.

Этот дом строился на моих глазах. Впервые я побывала здесь, когда не было даже фундамента, только голая земля. И потом не раз приезжала сюда с Артемом, который, можно сказать, душу в эту стройку вкладывал. А я его переживания принимала близко к сердцу. Никто из нас тогда не знал, что в будущем я войду в этот дом как хозяйка.

Артем: Заканчивая ремонт, я сознательно не стал подбирать всякие мелочи — шторы, люстры. Мне хотелось, чтобы это было сделано Леной, чтобы она почувствовала себя настоящей хозяйкой.

Первую лепту в благоустройство она уже внесла: выбрала саженец ели. Мы решили, что будем беречь природу и не станем каждый год покупать новогоднюю елку — проще наряжать собственное дерево, растущее прямо во дворе. В общем, сейчас елочка ждет весны: земля промерзла, и посадить ее мы не можем.

Лена: В этот дом мы переехали недавно и пока живем в состоянии ремонта: часть комнат готова, часть еще нет. Но уже сейчас у нас хорошо. Артем перевез из городской квартиры кота и кошку, и они потихоньку осматривают свои новые владения, на днях с удивлением выяснили, что в доме несколько этажей и можно бегать везде. Правда, пока мы не пускаем кошек на первый этаж — там с недавних пор поселился еще один наш питомец, щенок Мак породы босерон. Мы еще побаиваемся знакомить их друг с другом.

 

Рано или поздно Максим услышит нас

Лена: Я чувствовала бы себя полностью счастливой, если бы не одно но: конфликт с Максимом. Нам всегда говорили: «Вы не сможете без залов, аплодисментов, вспышек». Я не уверена. Мне кажется, я бы смогла. Для меня участие в группе SEREBRO — это удовольствие от музыки, от песен. Это не просто проект, я вложила в него часть своей души, и она до сих пор там. И девочки, и Максим, и вся огромная команда, которая работает на проекте, дороги мне. Я посвятила SEREBRO много лет и теперь не могу взять и все обрубить.

Я не читала свой контракт — возможно, в нем есть пункт, запрещающий мне выходить замуж и рожать детей. Признаться, я подписала бумаги, особо не читая, потому что доверяю Максиму. И точно знаю, что никогда ничего не буду делать плохого для группы, порочить ее имя.

После того ужина в тайском ресторане мы еще один раз говорили. Максим дал мне время на раздумье, сказал, что кастинги будут идти, а пока я остаюсь в группе. Все наши ближайшие концерты, выступления на Олимпиаде в Ванкувере я отработаю, а там видно будет. Интуиция подсказывает мне, что все обязательно наладится.

Проблема в том, что я не могу разделять свою жизнь и работу. Без музыки я просто с ума сойду. В то же время я очень люблю Тёму и не могу предать его. Я впервые попадаю в ситуацию, когда не могу задвинуть любовь на второй план. Никогда до этого у меня не было таких серьезных, ценных и важных отношений, как сейчас. Условие выбора, которое поставил мне Максим, очень жестокое.

Артем: Конечно, я не думал, что наша любовь может привести к таким последствиям. И думал ли Парис, когда украл прекрасную Елену, что это приведет к Троянской войне? Ему было абсолютно наплевать, кто его враг и какими будут последствия.

Уверен: если бы я работал в другом месте, но все равно встретил Лену и полюбил, реакция Максима была бы такой же. Он искренне считает, что связывать свою жизнь с артистом — это неправильно. Максим — настоящий семьянин, для него жена и дети — самое главное и дорогое в жизни. И он не может представить себе семью, где жена месяцами гастролирует, а не сидит дома, воспитывая детей. Но я никогда не был противником гастролей, поэтому мне легко в данный момент.

Максим боится повторения истории с Таней. И я его понимаю. Но Лена — совсем другая. Она не бежит от семьи, ее жизненные приоритеты расставлены правильно.

Лена: Максим, наверное, думает, что если я стану женой Артема, то буду капризничать: в этот город я на гастроли не поеду, это петь не буду… Но я никогда не поступила бы так низко.

Артем: Жизнь сама расставит все по местам. Мы уже начали общаться с Максимом, а это первый шаг. Для себя я решил: в общение Лены с Максимом вмешиваться не буду. Если начну советовать Лене, как вести себя с братом, это будет неправильно — в первую очередь по отношению к Максиму. Конечно, я хорошо его знаю и могу предвидеть его реакцию на определенные слова или действия. Но я хочу, чтобы их отношения меня не касались. Это работа. А дома — другая жизнь.

Максим — мой старший брат, и думаю, что рано или поздно он все-таки услышит наши с Леной слова. И поймет, что они идут от чистого сердца.

 

Со свадьбой не торопимся

Лена: Психологи говорят, что парам полезно размышлять о совместном будущем. Я давно хотела сесть и обсудить с Артемом, какими он видит нас в старости. Про себя я уже все знаю: я хочу много детей, хочу жить в доме. Чтобы были собаки, кошки, детишки приезжали.

Артем: А для меня главное — быть рядом с Леной. Где именно это будет, при каких условиях и обстоятельствах — не принципиально. Хочу, чтобы Лена была счастлива.

Лена: Очень хочется, чтобы наши отношения остались такими, как сейчас. Говорят, что любовь проходит. И взамен остаются уважение, привычка, привязанность. Но я надеюсь сохранить тот трепет, который испытываю рядом с Артемом сейчас. Чтобы голова кружилась и сердце замирало. Я знаю, Артем будет замечательным отцом. Он просто создан для этого. Правда, на ближайшее будущее мы детей не планируем. Я пока не готова к этому шагу. Я считаю, что просто родить ребенка — этого мало. У меня нет жизненного опыта, чтобы воспитать их правильно. И о свадьбе мы пока не думаем. Зачем торопиться? Тем более что у Артема уже был неудачный опыт. Я люблю и я лю¬¬бима — вот что важно сейчас. А остальное пусть придет само. Всему свое время.

Артем: Говорят, есть идеальные пары. Какая-то каста, которую никто никогда не видел. И вот теперь я понимаю, что сам неожиданно оказался в их числе. Рядом со мной тот самый человек, которого я ждал и искал всю свою жизнь. И менять ничего не хочется, и добавлять ничего не нужно.

Лена: Нам очень хорошо вместе, неважно, что мы при этом делаем: смотрим телевизор, прыгая по каналам, или болтаем о чем-то. Мы оба домоседы по натуре, и этим мы близки. Тусовки — это не наше. Если хочется с кем-то пообщаться, устраиваем вечеринку у себя, приглашаем гостей. А клубы я терпеть не могу — чувствую себя там не в своей тарелке.

Артем: Гораздо лучше побыть дома. Налить красного вина, разжечь камин и просто посидеть в тишине…

Ксения ПАДЕРИНА, ООО «Теленеделя», Москва (специально для «ЗН»), фото Арсен Меметов, Степан Жилин.