Паралимпийская чемпионка по лыжам и гребле Людмила Волчек прыгает с парашютом, сплавляется по горной реке и ходит на дискотеки.

11 сентября 2001 года события в США приковали весь мир к экранам телевизоров. В общежитии университета физкультуры «ящик» шел плохо, и 20-летняя студентка Людмила Волчек забралась на крышу, чтобы поправить антенну. Она делала это сто раз, а сто первая попытка обернулась несчастьем – девушка полетела вниз.

Любой врач вам скажет, что упасть со второго этажа хуже, чем с пятого, – человек просто не успевает сгруппироваться. Вот и Людиной маме врачи без обиняков заявили: «Девочка останется лежачей». Вопреки прогнозам эскулапов через полгода Людмила уже сидела, а еще через четыре завоевала первую золотую медаль на Паралимпиаде.

– Людмила, тяжелая травма часто становится лакмусовой бумажкой, которая показывает, кому ты действительно дорог. Как правило, рядом с пострадавшим остаются только самые близкие люди, а бывшие друзья, убедившись, что с тобой уже не выберешься ни в кино, ни на каток, пропадают бесследно. А как было в вашей жизни?

– Слава богу, все друзья остались при мне. А еще травма очень сблизила меня со старшим братом. Он сам мыл меня, менял катетеры, хотя вполне мог доверить эти дела маме – профессиональному медицинскому работнику. За время, проведенное в больницах, я видела множество братьев, которые придут раз в неделю, яблоко на тумбочку положат – и считают, что выполнили свой долг.

Конечно, незнакомые люди – далеко не такие чуткие, как родные. Прежде чем мне дали квартиру, я жила в студенческом общежитии, и многие ребята поначалу меня сторонились. Немало времени проходило, прежде чем они обнаруживали, что со мной, оказывается, можно разговаривать.

– Для старых знакомых громкие победы – это как свет для мотылька. Наверное, после вашего триумфа в Ванкувере позвонили все: и друзья по общежитию, и одноклассники.

– Вон у российской спортсменки Маши Иовлевой, выросшей в детском доме, после Ванкувера даже мама нашлась. Что касается меня, то мы с друзьями и так не терялись. А вот желающих вмешаться в мою жизнь действительно стало больше. К примеру, недавно позвонила незнакомая женщина и заявила: «Вот вы во всех интервью говорите, что вы счастливая, но меня-то вы не обманете!»

Но я искренне верю, что хороших людей все равно больше. Я часто вижу, что мне хотят помочь, но не знают, как это сделать. В результате начинают хватать за руки, за ноги, переворачивают коляску. Поэтому я предпочитаю справляться своими силами, а от помощников… удираю. А вообще, я давно заметила, что самые отзывчивые люди – это те, кого обычно называют асоциальными элементами: бомжи, алкоголики.
– Анна Горчакова – чемпионка мира по танцам на колясках – когда-то говорила, что единственное, чего она не может сделать без посторонней помощи, – это спуститься по лестнице. Есть ли дела, которые вам не под силу?

– Разве что окна не могу помыть с уличной стороны. А так по дому все делаю сама. Сегодня, например, рассольник отличный получился – хочешь попробовать?
Вожу машину на ручном управлении. Люблю активный отдых: хожу в тренажерный зал, играю в теннис, могу выбраться с друзьями на дискотеку. А в прошлом году одна слетала в Турцию. Мама, когда смотрела мои фотографии, сказала: «Как хорошо, что я с тобой не поехала. У меня бы от такого отдыха сердце остановилось». Я спускалась по горной реке, летала на парашюте вслед за катером. К слову, последнее развлечение мне не понравилось: адреналина мало. Вот когда я первый раз прыгнула с парашютом, по приезде из Турина, – это действительно были сильные впечатления.

– Кстати, о Турине. Как мать из всех детей отдает предпочтение первенцу, так и вам, наверное, наиболее памятно самое первое, туринское золото.
– Для меня все медали как золотые, потому что каждая дается большим трудом. На Олимпиаде в Ванкувере я радовалась бронзе в спринте едва ли не больше, чем золоту. Эта победа была очень неожиданной: в предварительной гонке я показала себя не слишком хорошо, думала, даже в финал не войду. А вообще в любом деле очень важна удача. Будь ты хоть трижды подготовленным, но если тебе плохо смажут лыжи, на медаль уже надеяться не приходится.

Кстати, я мечтаю освоить и горные лыжи: в Европе уже появилась специальная конструкция для инвалидов.
– Наверное, в Беларуси таких технических новинок не достать…
– Проблема даже не в том, что их не купишь, а в том, что в наших условиях пользоваться ими невозможно. К примеру, широко используемая в Европе коляска на ручном управлении, которая облегчила бы жизнь тысячам белорусов, выходит из строя при первом же столкновении с бордюром. В Европе такого понятия как бордюр вообще нет. Не говоря уж о том, что там невозможно сдать строительный объект, если нет пандуса. А я ни в один кинотеатр Минска не могу въехать без посторонней помощи.
Впрочем, иногда неделями не выбираюсь в центр: в моей Веснянке есть все, что нужно для жизни, – и институт рядом, и комплекс для тренировок. Даже близость железной дороги меня не смущает: под стук колес так уютно засыпать!

– Для полного уюта не хватает только кота…
– Мне бы очень хотелось его завести, но меня никогда не бывает дома. Раз уж зашел разговор о моих желаниях, могу поделиться: хочу заказать себе стеллаж для кубков. Правда, его придется делать до потолка – наград у меня много. Еще планирую слетать в Египет и записаться на курсы английского. В школе учила французский, но не могу сказать, что он у меня на должном уровне. На международных соревнованиях это приносит некоторые неудобства: все понимаю, а сказать не могу.
– А разве в Институте туризма иностранным языкам не учат?
– Учат, но у заочного обучения есть свои минусы: тяжело освоить иностранный, когда общение с преподавателем сведено к минимуму.

Сейчас тема учебы для меня особенно актуальна: прохожу практику в гостинице «Орбита». Спортивная карьера недолговечна, поэтому нужно, чтобы что-то было в запасе. Кстати, проблема большинства инвалидов состоит как раз в том, что они не умеют себя занять. В результате у них остается слишком много времени на грустные мысли, они погружаются в депрессию. А мне некогда унывать! А вообще после травмы я начала гораздо проще относиться ко многим вещам. Поняла, что неразрешимых проблем не бывает.
– Людмила, что бы вы хотели пожелать нашим читателям?
– Жизни в глазах!
…Несмотря на то что с момента травмы прошло уже девять лет, в снах Людмила ни разу не видела себя на коляске. Думаю, это верный знак. Сильный характер и удивительная сила воли обязательно помогут девушке встать на ноги – на этот раз в буквальном смысле! И это будет самая главная в ее жизни победа, с которой не сравнится даже олимпийское золото.

Виктория КРУПЕНЬКОВА, «ЗН», фото из архива Людмилы Волчек