Эти два события в жизни Павла Буре совпали: официальное завершение карьеры хоккеиста и встреча с Алиной. Но если первое обсуждал весь мир, то о втором стало известно только родным. Даже когда они поженились, еще целый год никто не знал, что Буре уже не холостяк. Встретившись с нашим корреспондентом, Павел и Алина Буре впервые рассказали историю своей любви.

Алина Буре: Я была ребенком, когда познакомилась с Пашей. Мне было 18 лет, и до встречи с ним мне не нравился ни один мальчик. Сразу скажу: Паша был моей первой любовью. Но я не испытывала никакого страха, потому что доверяла ему. С первой секунды он был со мной предельно откровенен и честен…

Павел Буре: Мы познакомились в Турции пять лет назад. По сути, это было стечение обстоятельств: мои друзья пригласили меня на открытие гостиницы в Белеке. Туда же приехала семья Алины: ее родители и она с сестрой-близняшкой Лианой. Даже не знаю, почему я обратил внимание именно на будущую жену, а не на ее сестру, ведь внешне они – одна копия другой. Видимо, дело в душевных качествах, во внутреннем содержании. Алину я никогда не путал с сестрой. Потому что она – особенная.

Алина: Помню, как впервые его увидела. 15 мая 2005 года, Белек. Красивая территория новейшего отеля. Паша в бейсболке и очках сидит под раскидистым деревом в тенечке. Так он себя ведет всегда: выбирает место, чтобы его никто не замечал, а он видел всех…

Наше знакомство произошло только через несколько часов. Паша подошел к нам, представился, узнал наши имена. И заговорил не со мной или Лианой, а с нашей мамой.

Павел: Возможно, я бы сразу познакомился с Алиной, но она ни на шаг не отходила от родителей. Они у нее очень строгих нравов и принципиально не разрешали дружить с мальчиками, считая всяческие отношения девушки с противоположным полом неприличными. И я им за это очень благодарен. В наше время редко такое встретишь, но именно такой подход к воспитанию я считаю правильным. Алина против этих правил не бунтовала, а безропотно им подчинялась, не представляя, что может быть как-то иначе.
Мы с Алиной постоянно виделись: на пляже, в ресторане отеля. Мы имели возможность общаться, но ни разу не оставались наедине. Рядом всегда были ее родители, которые все держали под контролем.

Алина: Однажды, когда мы ужинали всей семьей, на мой мобильный пришло сообщение: «Смотри! Сейчас будет кое-что…» – «Куда смотреть?» – написала я в ответ Паше. «В сторону моря», – высветилось на дисплее моего телефона через несколько секунд. Родители насторожились: «Кто это тебе пишет?!» И в ту же секунду небо раскрасили огни фантастического фейерверка! Тогда впервые я почувствовала, что хочу, чтобы сейчас со мной рядом была не семья, а один Паша. Мне хотелось разделить восторг именно с ним. Но я тут же погасила свой порыв.

Павел: После Турции мы на некоторое время расстались. Но не переставали созваниваться. И снова встретились в Москве уже летом. Погода стояла жаркая, как в этом году, и я пригласил семью Алины приехать ко мне на подмосковную дачу. Просто набрал номер и сказал: «Приезжайте, мы тут загораем, в бассейне купаемся». Как раз в это время у меня гостили все родные: мама, брат Валерий с семьей и моя бабушка Зинаида Михайловна. Бабушка сразу поняла, что со мной и Алиной что-то происходит.

«Пашенька, мне очень нравится твоя девушка!» – сказала она, подозвав меня к себе. Как же мне жаль, что она не дожила до нашей свадьбы, умерла в 2007-м. Моей маме Алина тоже понравилась, я это видел. Но она мне ничего не говорила. У нас существует негласный договор: мою личную жизнь мама не комментирует. Я ведь уже давно, с 16 лет живу самостоятельно, и сам привык принимать решения.

Алина: Паша подвел меня к Татьяне Львовне и сказал: «Мама, познакомься, это Алина». Я стояла перед ней и очень волновалась. Но она широко улыбнулась: «Приятно познакомиться». И было видно, что она говорит это искренне. Мое волнение тут же прошло. Теперь мы с Татьяной Львовной настоящие подруги.

Я видела, он устал от суеты

Алина: Наши отношения с Пашей развивались медленно, долгое время мы общались просто как друзья. Я видела: вокруг него все бурлит, постоянно много народа – друзья, знакомые, малознакомые. Паша не останавливаясь кочевал из одной тусовки в другую, третью. Но однажды, проезжая мимо Новодевичьего монастыря, он неожиданно предложил: «Алина, давай прогуляемся. Вдвоем. Только ты и я». Он отпустил водителя, охрану, и мы оказались в неожиданном, непафосном, тихом месте. Я видела: он устал от суеты и всеобщего внимания, ему хочется уединиться с человеком, с которым ощущал бы себя комфортно. Для нас обоих та прогулка была как глоток свежего воздуха. Мы долго бродили, откровенно разговаривали о жизни, о себе. Я не боялась выглядеть наивной, чувствовала: он понимает меня. И Паша был со мной откровенным. «Я такой, какой есть, и не изменюсь уже никогда», – признался он. Его взгляды на отношения между мужчиной и женщиной были мне близки. Он говорил: «По жизни я лидер, и женщина должна быть всегда за мной». Я же сама выросла в патриархальной семье и другого расклада не приемлю.

Этот вечер нас душевно сблизил, но прошло еще несколько месяцев, прежде чем мы впервые поцеловались. Помню наше первое расставание. Паша уехал в Америку, а я осталась в Москве. Я не могла с ним поехать. К тому же подошло время сессии, мне нужно было сдавать экзамены в Академии Плеханова. Но мы не могли существовать друг без друга и часами разговаривали по телефону. Паша рассказывал мне о событиях, которыми был наполнен каждый его день. Обычно разговоры наши заканчивались его фразой: «Алинок, надеюсь, вскоре мы приедем сюда вместе». Для меня эта разлука была невероятно тяжелой. Именно тогда я поняла, что люблю этого человека и не представляю без него свою жизнь.

Bentley в свадебном торте

Павел: Предложение Алине я сделал в Майами на Новый, 2008 год. По телевидению транслировали поздравление президента Путина.

Алина: Я носилась по новой, только что отремонтированной квартире, пытаясь расставить вещи, а Паша меня пытался остановить: «Сядь. Ну сядь, пожалуйста! Послушай, что говорит президент». Наконец Паше удалось меня пере-хватить. Мы сели за стол, он открыл шампанское, разлил по бокалам. Через минуту раздался бой курантов, я сделала несколько глотков, и о мои зубы ударилось что-то твердое. Это было обручальное кольцо из белого золота с крупным бриллиантом, которое Паша незаметно опустил в мой бокал. Я растерянно смотрела то на кольцо, то на Пашу – и ощущала себя на седьмом небе от счастья. Он сказал: «Выходи за меня замуж!» Я не могла говорить, просто кивнула и обняла его. Мы достали колечко из бокала, и Паша надел мне его на палец. Это было так романтично: солнце, пляж, океан, диковинные птицы и цветы и любимый человек, который делает предложение…

Павел: У нас было две свадьбы. Первая состоялась в 2008 году в Майами 10.10 – я специально выбрал эти цифры: под номером 10 я играл в хоккейной сборной, и эта цифра приносила мне удачу. О том, что мы стали мужем и женой, целый год практически никто не знал – только самые близкие люди. Мы отправились в мэрию Майами и получили там свидетельство о браке. Потом в очень узком кругу отметили это радостное событие. Приглашены были только родители Алины, ее сестра, моя мама и брат Валера с семьей. А ровно через год мы устроили свадьбу в Москве специально для наших друзей, ведь большинство из них живет в России.

Алина: И во время торжества в Майами, и во время празднования в Москве, я очень волновалась. И для первого, и для второго придумала два оригинальных платья. Они были вручную расшиты камнями и стразами.

Павел: На нашей московской свадьбе было более 400 гостей. Подарков мы получили огромное количество, увозили на специальной машине. До сих пор все не смогли разобрать…

Алина: На свадьбе в Майами с тортом я получила самый незабываемый подарок в моей жизни. Торт у нас был трехъярусный, выложенный орхидеями моего любимого цвета tiffany blue. Это совершенно неповторимый оттенок голубого, переходящий в бирюзу. Когда торт вынесли, Паша сказал: «Режь!» Я возразила: «Ты мужчина – разрезай! Или давай вместе». Но Паша настаивал на своем. Когда я резала, нож упирался во что-то твердое, и я переживала, что режу как-то неумело, не дорезая до конца. В конце концов я заметила, что внизу внутри торта лежит коробочка Тiffany. Открывая ее, думала: «Наверное, сережки или подвеска». Но ошиблась: это были ключи от Bentley моего любимого цвета tiffany blue! Номер машины – Аlina Bure 10 – в Америке это возможно.

К прошлому мужа не ревную

Павел: Возможно, будь я мальчишкой, мог бы и не оценить все достоинства Алины: ее открытость и абсолютную неопытность в общении с противоположным полом. Ее честность. Она никогда не врет. Это невероятно важно, ведь если человек обманет тебя хотя бы раз, даже в мелочи, ты никогда больше не сможешь доверять ему, будешь подозревать во вранье по-крупному. К сожалению или к счастью, я всегда ощущаю фальшь по отношению к себе. В меня будто встроен детектор лжи, и я моментально реагирую на неправду. Часто девушки мне врали в мелочах, желая показаться лучше. Я спрашивал девушку: «Ты на чем сюда приехала?» – «На «мерседесе». А я знаю, что на метро. Мне все равно, на чем она добиралась на свидание, но мне не все равно, что она соврала. Этот нюанс не был решающим при расставании, но значение имел: отношения не должны начинаться с вранья.

У Алины не было ни одной попытки меня обмануть. Она никогда не лукавила, была для меня искренней, милой и нежной девочкой. Такой и осталась. У нас нет недомолвок и вранья, это очень помогает в совместной жизни.

Алина: Если что-то мне кажется непонятным, если не знаю, как правильно поступить, всегда спрашиваю, что по этому поводу думает Паша. Всегда задаю ему вопросы: «Как ты считаешь? Тебе это нравится? Тебе это не нравится?» Все, что делаю, – в первую очередь для любимого человека. Чтобы ему было хорошо, стараюсь создать дома уют и идиллию. Мне небезразлично только его мнение, его спокойствие, настроение, здоровье.

Павел: У меня такое кредо: лучше износиться, чем заржаветь. Живу на полную катушку, ни в чем себя не ограничивая. Считаю: сколько лет мне отпущено – все мои. Пусть я уйду раньше, но проживу интересно и с удовольствием, чем буду 90-летним стариком бегать каждый день кроссы по 10 км, держать свое тело в тонусе, а вспомнить будет нечего. Мне интересно в этой жизни все. Я постоянно куда-то езжу, что-то делаю, знакомлюсь с новыми людьми, нахожусь в круговороте событий и даже не мечтаю о покое. Для меня покой – это смерть. Многие мои знакомые, женившись, резко изменились. А я, став женатым человеком, ничего не потерял, а только приобрел. Алина создает мне потрясающий комфорт. Я сохранил свои привычки, могу задержаться на встрече с давними друзьями, могу среди ночи привести целый дом гостей. Алина спокойно и мягко на все это реагирует.

Алина: Паша, став женатым человеком, не перестал нравиться девушкам. Но я не переживаю по этому поводу и не ревную. Если бы Паша не нравился девушкам, это было бы ненормально и подозрительно. Он харизматичный, невероятно привлекательный и внутренне и внешне мужчина. Меня, например, как женщину просто завораживает его взгляд. Он может посмотреть так, что мурашки по коже, прямо в глубь души и сердца. Иногда мы можем просто сидеть молча друг напротив друга и разговаривать только глазами.

У меня нет от него тайн. И о Пашином прошлом мне известно абсолютно все. Я знаю обо всех его романах. Но меня это не смущает, наоборот, помогает лучше его понять. К прошлому я мужа не ревную. На то оно и прошлое, что прошло.

Павел: Таких жен, как Алина, очень мало. В ней соединились те качества, которые, как я считаю, должны быть в девушке. Я ценю то, что она из хорошей семьи и что родители воспитали ее такой, какая она стала. В XXI веке существует масса моделей отношений. Мне же близка одна: женщина должна быть хранительницей очага, а мужчина – добытчиком. Я считаю, что мне повезло и я наконец-то нашел свою вторую половину, которая подходит только мне.

Если же говорить о моих профессиональных устремлениях, то хоккей был моим призванием, но теперь он в прошлом. Сейчас я являюсь членом совета директоров одной девелоперской компании, которая строит объекты в России, занимаюсь лоббированием разнообразных проектов, но это не дело моей жизни. Правда, ностальгии по спорту не испытываю. Я вообще человек не рефлексирующий. Закрываю прошлое, как прочитанную книгу, к которой никогда не возвращусь. В спорте я полностью реализовался, и теперь мне нужно выбрать новый вектор движения. А может быть, и не нужно. Я доволен сегодняшней жизнью и иногда думаю, что даже если не найду новое профессиональное предназначение, смогу прожить счастливо в окружении друзей, жены, детей. В спорте ничего не достается даром. Я собственным здоровьем заплатил за все, что у меня сегодня есть.

Что же я, дурак, не радовался?!

Павел: Жизнь сделала меня философом. Было бы странно, если бы этого не произошло. Ведь ярких событий, из которых можно делать вполне определенные выводы, в моей жизни было гораздо больше, чем в жизни среднестатистического мужчины. И признаюсь, не все я переносил достойно. Переломным для моего сознания оказался 1994 год. Тогда я стал тем, кто забил голов больше всех в мире. Обо мне стали писать: «Буре самый лучший!» Потом начался плей-офф. И в первых трех играх я не забил ни одного гола и буквально за шесть дней рухнул с мирового пьедестала вниз. Меня называли самым плохим в мире игроком. И потом я снова забил больше всех, и меня опять стали возносить до небес. Такие вот вышли качели. И я отчетливо понял: в жизни все может поменяться моментально, поэтому ко всему происходящему с тобой, хорошему и плохому, к по-бедам и поражениям, к везению и к черной полосе нужно относиться спокойно.

Я наслаждаюсь каждым мгновеньем дня сегодняшнего. Раньше так не умел. Бывало, сидишь вечером: хорошая погода, вкусная еда, друзья, здоровье в порядке, а ничего не радует, тоска. А завтра тебе колено сломали – и ты лежишь в больнице под морфием, боль адская, встать не можешь и думаешь: «Как же мне было вчера хорошо! Ничего не болело. Что же я, дурак, не радовался?!» Подобное у меня нередко случалось, травм было предостаточно. Так и учился на своих ошибках. И сегодня стал гораздо более позитивным, чем прежде. Оказалось, так гораздо легче жить. Счастье – такое всеобъемлющее слово. Но не может быть счастливым человек, который не умеет ценить самые простые и обыденные вещи: когда светит солнце, когда поют птицы, когда засыпаешь и просыпаешься рядом с любимой. Человек сам решает, стакан наполовину пуст или наполовину полон. Счастлив или нет, человек тоже решает сам. Я решил, что счастлив, и стараюсь во всем видеть хорошее, а не плохое. Стараюсь жить правильно и не изменять себе.

P.S. Алина: Недавно у Паши обнаружился талант к рисованию. Он очень хорошо чувствует цвет и пространство. Я окончила художественную школу, и сегодня живопись для меня – это хобби. Недавно у нашего товарища был день рождения, и мы решили сделать подарок – я начала писать маслом красивую бухту, и неожиданно к моей работе присоединился Паша, который обычно смотрит на мои художества со стороны. Когда мы закончили писать эту картину, нам обоим было невероятно грустно с ней расставаться. От совместного творчества мы получили большое удовольствие и, думаю, что обязательно нарисуем что-нибудь еще уже с натуры: буйство красок, океан, пальмы и фантастические ярко-розовые цветы, напоминающие по форме лилии.

Наталья НИКОЛАЙЧИК, ООО «Теленеделя», Москва (специально для «ЗН»), фото Арсена МеметовА
из личного архива Павла Буре